Текст

(1) На Кубани стояли дождливые осенние дни. (2) Доро́ги стали почти непроходимыми. (3) Армия отступала, шли бои, но немцы каждый день прорывались в тыл, и госпитали каждый день меняли свои места, откочёвывая всё глубже на юг. (4) В пять часов вечера у разбитого снарядом сарая остановилась старенькая санитарная летучка — дребезжащая, расшатанная машина с дырявым брезентовым верхом. (5) Из летучки вылезла её хозяйка — военфельдшер Маруся, которую, впрочем, никто в дивизии по имени не называл, а все называли Малышкой. (6) Она и в самом деле была настоящая малышка — семнадцатилетняя курносая девчонка с тонким детским голосом и такими маленькими руками и ногами, что, казалось, на них во всей армии не подберёшь ни одной пары перчаток и сапог. (7) Малышка соскочила с машины и, стараясь придать своему хорошенькому лицу строгое выражение, спросила: — Где раненые? (8) Санитар повёл Малышку внутрь сарая. (9) Там на грязной соломе лежали семь тяжелораненых. (10) Малышка вошла, посмотрела, сказала: — Ну вот, сейчас я вас отвезу, — и потом ещё что-⁠то ласковое, что она всегда говорила раненым. (11) Лица у всех были бледные, солома местами промокла от крови. (12) Малышка физически, всем телом, вспомнила ту дорогу, которую она только сейчас проделала из медсанбата — двадцать километров страшных рытвин и ухабов — и представила себе опять эти толчки и падения уже не на своём теле, а вот на этих кровоточащих, израненных телах, лежащих на земле. (13) Она даже поморщилась, словно от боли, но сейчас же на её лицо вернулась обычная добрая улыбка. (14) Она с санитаром перенесла тех, кто был ранен в ноги, потом перетащили ещё троих. (15) Теперь в летучке уже не оставалось места, и седьмого некуда было положить. (16) Раненый полусидел у стенки сарая, то и дело впадая в забытьё. (17) Малышка в последний раз вошла в сарай. (18) Этого седьмого приходилось оставить до следующей летучки. (19) Но когда она вошла, он потянулся навстречу. (20) Малышка встретила его взгляд, такой ожидающий, что оказалось невозможным оставить его здесь. — (21) Вы можете сидеть в кабине? — спросила она. — (22) Могу, — сказал раненый и снова закрыл глаза. (23) Малышка вдвоём с санитаром дотащила его до машины и усадила в кабине на своё место. — (24) А вы, товарищ военфельдшер? — спросил шофёр. — (25) А я на подножке, — сказала Малышка весело. (26) Летучка тронулась. (27) На рытвинах она, как утка, переваливаясь с боку на бок, вылетала из колеи и подпрыгивала с треском, который больно отдавался в ушах Малышки. (28) Она чувствовала, как в этот момент в кузове раненых приподнимало в воздух и ударяло о дно машины. (29) К хуторку, где располагался санбат, подъехали уже перед самой темнотой. (30) Малышка подбежала к знакомой хате, но там было пусто. (31) Она снова стала на подножку, и машина двинулась. (32) До госпиталя осталось ещё двадцать километров. (33) Дорога становилась всё хуже и хуже. (34) Где⁠-⁠то далеко слева виднелись вспышки орудийных выстрелов. (35) Мотор два раза глох, шофёр вылезал и, чертыхаясь, возился с карбюратором. (36) Малышка не слезала. (37) Ветер дул навстречу, и косой дождь заливал лицо и глаза. (38) Ей много раз казалось, что вот-⁠вот она свалится. (39) Наконец они добрались до места. (40) Малышке почудилось что-⁠то недоброе в той тишине, которая стояла в селе. (41) Она соскочила с машины и побежала к дому, где помещался госпиталь. (42) У машины возились двое красноармейцев. — (43) Здесь госпиталь? — спросила Малышка. — (44) Уехал два часа назад. (45) Вот последние медикаменты грузим. (46) Красноармеец назвал село за сорок километров отсюда. (47) Малышка подошла к летучке и произнесла: — Товарищи... (48) Уехал госпиталь, — сказала Малышка упавшим голосом. — (49) Ещё сорок километров до него ехать. (50) Поте́рпите? — (51) Дотерпим, — сказал старый казак, — ты вези нас, а мы петь будем. (52) Малышка стала на подножку, машина тронулась, и сквозь всплески воды и грязи и гудение мотора она услышала, как в кузове сначала один, потом два, потом три голоса затянули песню. (53) Девушка почувствовала, что, наверное, им в самом деле легче оттого, что они поют, и если кто-⁠нибудь из них стонет, то другие не слышат. (54) Пропев до конца песню, раненые начинали петь её сначала. (55) Глубокой ночью, когда на окраине станицы санитары вместе с Малышкой подошли к летучке, чтобы наконец выгрузить раненых, из кузова всё ещё лилась песня... (56) Малышка заснула, не раздеваясь, в приёмном покое. (57) А шофёр сидел в хате с другими шофёрами и говорил: — Восемьдесят километров проехали. (58) Ну, Малышка! (59) Одним словом, сестра милосердия. (По К. М. Симонову*) *Константин Михайлович Симонов (1915–1979) — советский писатель, поэт, редактор, журналист, военный корреспондент.