Исходный текст
(1)Не помню, как его звали. (2)Он жил на Сортировочной и в нашу школу перешёл временно, потому что его мать положили в больницу, а здесь, в третьем микрорайоне, жила бабушка. (3)Новенького посадили со мной, и это мне не понравилось: значит, когда я просил посадить меня с Колькой Лыковым - нельзя, посадите с Саней Табуховым - опять нельзя, а тут, оказывается, можно!
(4)Новенький несколько раз обратился ко мне с какими-то дурацкими вопросами: «как зовут?», «где живёшь?»... (5)Я отвечал нехотя, сквозь зубы, и он отвязался.
(6)А после уроков его повели бить. (7)Это называется «прописка». (8)Бьют несерьёзно, больше для формы, как говорится, ничего личного, просто традиция такая. (9)Новенький, увидев толпу, которая его окружила, метнулся к стоящему рядом Серёжке Романову, отбросил его ударом в сторону и, ловко увернувшись от Кольки Лыкова, словно ветер, скрылся во дворах. (10)За ним побежали, но догнать не смогли. (11)Серёжка Романов, всхлипывая, вытирал кровь с разбитой губы, а мы хмуро смотрели на него. (12)Решили не ждать завтрашнего дня, а рассчитаться с новеньким сегодня же, во что бы то ни стало.
(13)- Димон, ты же сидел с ним! (14)3айди к нему, позови его к себе домой - музыку там послушать или чего ещё... — попросил меня Колька Лыков.
(15)- Ты же умный, схитри как-нибудь, чтобы он вышел на улицу.
(16)Мне польстило, что ко мне обратился Колька, что он при всех назвал меня умным, что поручение, которое требует смекалки и находчивости, по его мнению, могу выполнить только я.
(17)Через полчаса я уже звонил в дверь квартиры, где жил новенький.
(18)-Тебе чего?
(19)— Как чего? (20)Посмотреть в твои глаза! — насмешливо сказал я. (21)- Ты-то умчался, как быстроногая лань, а я за тебя получил по полной программе.
(22) - А ты-то при чём?
(23)- Как при чём? - удивился я. (24)- Мы же вместе сидим, значит, мы друзья, вот мне за тебя и вломили! (25)До сих пор рёбра болят... (26)Пройти-то можно?
(27)-Проходи...
(28)Мы попили чай, он показал свои рисунки... (29)Неплохо он рисовал. (30)Потом я посмотрел на часы и позвал его к себе в гости.
(31)-Давай только не сегодня!
(32)Внутри у меня всё упало: ребята из нашего класса уже ждали нас в засаде возле недостроенного дома.
(33)- Понимаешь: у меня братишка болеет, и я хотел, чтобы ты нарисовал ему какую-нибудь картинку, он любит разные сказочные сюжеты...
(34) - Ну, раз так, то пойдём...
(35)Тот путь я помню до сантиметра, словно шёл босиком по гвоздям. (36)Новенький что-то говорил мне, а я торопливо кивал головой. (37)Недостроенный дом. (38)Я вижу выбитый асфальт, рулоны рубероида, краешек пакета, где лежат альбомные листы и краски... (39)Горячий воздух, словно напильник, режет мою грудь. (40) Я остановился. (4!)А новенький сделал ещё несколько шагов. (42)Кусты шевельнулись. (43)Всё! (44)Навстречу нам медленно вышел Колька Лыков и зловеще улыбнулся.
(45)Самое страшное было дальше. (46)Судьба, видно, решила провести меня до последнего круга моего ада. (47)Новенький вдруг взвизгнул, схватил камень и крикнул: «Димон, беги!». (48)Но, увидев, что нас уже окружили, что мне не убежать, он набросился на Тольку Власова, освобождая мне путь.
(49) - Димон, беги! (50)Чего ты стоишь?
(51)И тут я улыбнулся, а остальные засмеялись. (52)Только тогда он всё понял и посмотрел на меня. (53)Удивлённо, недоверчиво. (54)В ту секунду мне показалось, что сожжённая этим взглядом кожа, словно чулок, сползла с моего тела...
(55)...Уже много лет я мечтаю кого-то спасти: вытащить тонущего из воды, защитить девушку от хулиганов, вынести раненого с поля боя, я согласен даже умереть, совершая героический поступок. (56)Но никто на моём пути не тонет, никто не горит, никто не просит меня о помощи. (57)В жалобно протянутых ладонях я несу своё окровавленное сердце: всё надеюсь, что когда-нибудь увижу преданного мною паренька и он меня простит. (58)Или хотя бы поймёт. (59)Или, по крайней мере, выслушает... (60)Но он живёт где-то на Сортировочной, в нашу школу его перевели временно, и наши жизненные пути всё никак не могут пересечься.
(По В. Надыршину*)
*Надыршин Василий Михайлович - (род. в 1933 г.) – современный публицист, автор статей и рассказов на морально-этические темы.
Какова цена предательства и как совершенный в юности подлый поступок может повлиять на всю дальнейшую жизнь человека? Именно эту проблему поднимает в своем тексте В.М. Надыршин. Автор приглашает читателя поразмышлять о моральном выборе и тяжести угрызений совести, которые сопровождают человека долгие годы.
Раскрывая проблему, автор описывает подлый поступок главного героя — Димона. Поддавшись лести лидера класса Кольки Лыкова, мальчик соглашается обманом заманить новенького ученика в ловушку, где того поджидает толпа для расправы. Димон притворяется другом, внушает доверие и лжет о болезни брата, чтобы выманить жертву на улицу. Этот пример показывает, как легкомысленно подросток может пойти на предательство ради одобрения сверстников, не осознавая в тот момент всей низости своих действий.
Дальнейшие события становятся для героя настоящим потрясением. Когда ловушка захлопнулась, новенький, вместо того чтобы спасаться самому, бросается защищать Димона, крича: «Димон, беги!». Он искренне верил, что они друзья, и был готов рискнуть собой ради товарища. Контраст между искренним благородством новенького и подлостью главного героя подчеркивает глубину морального падения последнего. Взгляд преданного мальчика, «сожженная» им кожа — это символы внезапного прозрения Димона, осознавшего свою вину.
Примеры сопоставлены автором: корыстная ложь Димона противопоставлена самоотверженности новенького. Это сопоставление позволяет увидеть, насколько ужасным выглядит предательство на фоне истинной преданности, и объясняет, почему этот случай оставил в душе героя незаживающую рану.
Позиция автора ясна: предательство — это страшный грех, который невозможно забыть или оправдать. В.М. Надыршин убежден, что минутная слабость и желание самоутвердиться за чужой счет могут обернуться пожизненным раскаянием, которое невозможно заглушить даже спустя многие годы.
Я полностью согласен с автором. Предательство доверия — это поступок, который разрушает прежде всего душу того, кто его совершил. В русской литературе тема раскаяния за совершенную подлость звучит очень пронзительно. Вспомним повесть В.К. Железникова «Чучело». Дима Сомов, боясь потерять авторитет в классе, выдает Лену Бессольцеву, а затем малодушно молчит, когда ее травят. Несмотря на внешнее благополучие, Сомов мучается от собственного бессилия и трусости. Так же и герой Надыршина не находит покоя, понимая, что совершил непоправимое.
В заключение хочется сказать, что совесть — самый строгий судья. Нужно всегда помнить, что честное имя и верность друзьям гораздо важнее мимолетного признания толпы, ведь жить с грузом предательства на сердце — тяжелое испытание.