Исходный текст
(1)Журка опять потянулся к полкам и взял самую прочную и новую на вид книгу с золотыми узорами на корешке. (2)Это оказались «Три мушкетёра». (3)Не такое старинное издание, как другие, хотя тоже с «ятями» и с твёрдыми знаками в конце слов. (4)Отпечатанное на гладкой бумаге и со множеством рисунков. (5)Журка обрадовался «Мушкетёрам» — это были старые друзья, — начал перелистывать, разглядывая картинки.
(6)И увидел между страницами узкий белый конверт.
(7)Видимо, дедушка решил, что если все другие книги покажутся Журке неинтересными, то «Мушкетёров» он всё равно пролистает до конца.
(8)Тем же прямым почерком, каким раньше дед писал короткие поздравления на открытках, на конверте было выведено: Юрику.
(9)Журка сперва сам не зная чего испугался... (10)Или нет, не испугался, а задрожал от непонятной тревоги. (11)Оглянулся на прикрытую дверь, подошёл к окну. (12)Суетливо дёргая пальцами, оторвал у конверта край. (13)Развернул большой тонкий лист.
(14)Дед писал чёткими, почти печатными буквами:
«(15)Журавлик!
(16)Книги на этих полках — тебе.
(17)Это старые мудрые книги, в них есть душа. (18)Я их очень любил.
(19)Ты сбереги их, родной мой, и придёт время, когда они станут твоими друзьями.
(20)Я это знаю, потому что помню, как ты слушал истории о плаваниях Беринга и Крузенштерна и как однажды пытался сочинить стихи про Галактику (помнишь?).
(21)Ты их ещё сочинишь.
(22)Малыш мой крылатый, ты не знаешь, как я тебя люблю. (23)Жаль, что из-за разных нелепостей мы виделись так редко. (24)В эти дни я всё время вспоминаю тебя. (25)Чаще всего, как мы идём по берегу Каменки, и я рассказываю тебе про своё детство и большого змея.
(26)Этот летучий змей почему-то снится мне каждую ночь. (27)Будто я опять маленький, и он тащит меня в лёгкой тележке сквозь луговую траву, и я вот-вот взлечу за ним.
(28)Жаль, что так быстро оборвалась тонкая бечева.
(29)В детстве я утешал себя, что змей не упал за лесом, а улетел в далёкие края и когда-нибудь вернётся. (30)И его бумага будет пахнуть солёными брызгами моря и соком тропических растений. (31)Наверно, потому я к старости и стал собирать эти книги: мне казалось, что они пахнут так же.
(32)Впрочем, ерунда, старости не бывает, если человек её не хочет. (33)Просто приходит время, когда лопается нить, которая связала тебя с крылатым змеем. (34)Но змей вернулся, я оставляю его тебе. (35)Может быть, он поможет тебе взлететь.
(36)Журка, вспоминай меня, ладно? (37)Меня и другие будут вспоминать, но многие, даже твоя мама, скажут, наверно: жизнь у него не удалась. (38)Это неправда! (39)И ты про это не думай. (40)Ты вспоминай, как мы расклеивали в твоём альбоме марки, говорили о кораблях и созвездиях, а вечерами смотрели на поезда.
(41)И учись летать высоко и смело.
(42)Ты сумеешь. (43)Если тяжело будет — выдержишь, если больно — вытерпишь, если страшно — преодолеешь. (44)Самое трудное знаешь что? (45)Когда ты считаешь, что надо делать одно, а тебе говорят: делай другое. (46)И говорят хором, говорят самые справедливые слова, и ты сам уже начинаешь думать: а ведь, наверно, они и в самом деле правы. (47)Может случиться, что правы. (48)Но если будет в тебе хоть капелька сомнения, если в самой-самой глубине души осталась крошка уверенности, что прав ты, а не они, делай по-своему. (49)Не оправдывай себя чужими правильными словами.
(50)Прости меня, я, наверно, длинно и непонятно пишу... (51)Нет, ты поймёшь. (52)Ты у меня славный, умница. (53)Жаль, что я тебя, кажется, больше никогда не увижу.
(54)Никогда не писал длинных писем. (55)Никому. (56)А теперь не хочется кончать. (57)Будто рвётся нить. (58)Ну, ничего...
(59)Видишь, какое длинное письмо написал тебе твой дед Юрий Савельев, который тоже когда-то был журавлёнком».
(60)Журка дочитал письмо и сразу, не сдерживаясь, заплакал. (61)Его резанули тоска и одиночество, которые рвались из этого письма. (62)И любовь к нему, к Журке, о которой он не знал. (63)И ничего нельзя уже было сделать: ни ответить лаской, ни разбить одиночество...
(По В. П. Крапивину)
Какую роль в становлении личности играет духовная связь между поколениями? Именно над этим вопросом задумывается В. П. Крапивин, приглашая читателей поразмышлять о преемственности ценностей и памяти сердца. В центре внимания автора оказывается мальчик Журка, который находит в книге письмо своего покойного дедушки.
Раскрывая проблему, автор описывает чувства героя при чтении послания. Дед обращается к внуку с нежностью, называя его «малышом крылатым» и «Журавликом». Он передаёт Журке свою коллекцию старых книг, утверждая, что в них есть душа. Этот пример показывает, что материальное наследство — лишь форма, за которой скрывается передача жизненного опыта, любви к мечте и верности своим идеалам. Дедушка хочет, чтобы книги стали для внука друзьями, помогая ему сохранить чистоту восприятия мира.
Далее автор акцентирует внимание на нравственном напутствии, которое Юрий Савельев оставляет внуку. Он призывает мальчика «летать высоко и смело» и, что важнее всего, сохранять верность самому себе. Дед учит Журку не поддаваться чужому мнению, если в глубине души есть хоть «крошка уверенности» в своей правоте. Эти слова становятся своеобразным духовным завещанием. Мы видим, что истинная связь поколений заключается в поддержке стремления молодого человека к внутренней свободе и честности перед собой.
Примеры дополняют друг друга: первый иллюстрирует передачу эмоционального тепла и любви к культуре, а второй — передачу важнейших моральных принципов. Вместе они убедительно доказывают, что духовное родство помогает человеку обрести опору в жизни.
Позиция В. П. Крапивина ясна: связь поколений — это не просто родство по крови, а общность идеалов и ценностей. Старшие передают младшим веру в мечту и мужество оставаться собой, что является бесценным даром для формирования личности.
Я полностью согласен с позицией автора. Действительно, память о предках и их наставления делают нас сильнее. В русской литературе тема преемственности поколений глубоко раскрыта в романе А. С. Пушкина «Капитанская дочка». Петр Гринёв, отправляясь на службу, получает от отца наказ: «Береги платье снову, а честь смолоду». Это простое наставление становится для героя нравственным ориентиром. В самые трудные моменты — перед лицом смерти или в разговоре с Пугачёвым — Гринёв остается верен чести и долгу, потому что в его душе живут слова отца.
В заключение хочется сказать, что письма и советы близких людей — это та самая «нить», которая связывает нас с прошлым и дает крылья для будущего. Важно уметь слышать голос тех, кто искренне нас любил.