Исходный текст
(1)Когда я начал учиться в гимназии, мне было лет одиннадцать. (2)Всего одиннадцать лет отделяли меня от моего несуществования в мире, а я уже был в форменной фуражке, в тужурке, перехваченной кожаным поясом с металлической бляхой посередине живота. (3)Уже я стоял перед географической картой двух полушарий, смотрел на лиловые многоугольники колоний, на раковину Мадагаскара, читал и понимал слово «Великобритания». (4)Уже я писал готические немецкие буквы, уже думал о героях истории, которые были до меня – до моих одиннадцати лет…
(5)Как я воспринимал то обстоятельство, что я живу ещё немного, начал жить ещё очень недавно? (6)Я этого обстоятельства вообще не воспринимал. (7)Скорее, другие мне говорили, что я маленький. (8)Сам я, повторяю, этого не чувствовал, об этом не размышлял. (9)Я не думал о том, что можно быть каким-нибудь другим, кроме того, кем я был. (10)Если мне хотелось быть взрослым, то я думал не о физических изменениях, а только о тех возможностях, которые даны взрослому: не готовить уроки, есть сколько хочешь пирожных. (11)Я был человек, просто человек, не зная о себе, что я маленький, что только недавно явился в мир, что расту, узнаю, постигаю и тому подобное. (12)Именно – я был просто человек…
(13)Я думал, что после окончания гимназии я куплю велосипед и совершу на нём поездку по Европе. (14)Первая мировая война ещё не начиналась, ещё всё было очень старинно: солдаты в чёрных мундирах с красными погонами, зверинец на Куликовом поле с одним львом, говорящая голова в зеркальном ящике в балагане. (15)Ещё бывала первая любовь, когда девочка смотрела на тебя с балкона, и ты думал, не уродлив ли ты. (16)Ещё отец девочки, моряк в парадном мундире, гремя палашом1, шёл тебе навстречу и отвечал тебе на поклон, отчего ты бежал во весь дух, сам не зная куда, обезумевший от счастья. (17)Ещё продавали из-за зелёного прилавка квас по две копейки за стакан, и ты возвращался после игры в футбол, неся в ушах звон мяча…
(18)Я не купил велосипеда и не совершил путешествия по Европе. (19)Горел Верден, Реймский собор, в котором в своё время венчалась с французским королём дочь Ярослава Мудрого. (20)Появились первые танки, и впервые аэропланы стали сбрасывать бомбы. (21)Однако в музеях по-прежнему висели необыкновенные картины, прекрасные, как деревья на закате. (22)Во сне я иногда вижу своё пребывание в Европе, которого никогда не было. (23)Чаще всего мне снится Краков в виде стены, идущей кверху вдоль дороги, старой стены, с которой свисают растения, стучащие по ней ветками и шелестящие цветами…
(24)Удивительная работа - воспоминания. (25)Мы вспоминаем нечто по совершенно неизвестной нам причине. (26)Скажите себе: «Вот сейчас я вспомню что-нибудь из детства», закройте глаза и скажите это. (27)Вспомнится нечто совершенно непредвиденное вами. (28)Участие воли здесь исключено. (29)Картина зажигается, включённая какими-то инженерами позади вашего сознания.
(30)Какая чудесная вещь – свобода воспоминаний! (31)Какая прелесть в том, что они появляются, как им угодно, и никак мы не можем заставить себя вспомнить именно это, а не другое. (32)Разумеется, есть точная закономерность этого возникновения, но – дудки – мы её никогда не поймём.
(33)Так, вспоминаю я, как вышли мы в море на яхте «Увлечение». (34)Мы – это знаменитый одесский врач Егор Степанович Главче, его приёмный сын Андронька и я, маленький мальчик Юра. (35)Долго следовало бы описывать яхту: она плоская, вы почти не возвышаетесь над водой – длинная, узкая, летящая. (36)Нет, это настолько плохое описание, что оно сворачивается. (37)Воспоминания не последует, только опишем, как при нашем возвращении горела вдали огнями Одесса, покинутая нами утром, как, казалось, перебегают с места на место огни, исчезают, опять загораются, как дышит и ходит всё это поле огней…
(38)Нет, и это воспоминание, как видно, не получится! (39)Как тихонько под самыми пальцами, которые вы опускали в воду, рокотало и бежало атласное море, рокотало и бежало, тёмное, бежало навстречу нам низко-низко под бортом яхты, на расстоянии локтя – ещё одного локтя, потому что вы сидели облокотившись…
(40)Я ещё люблю вспоминать. (41)Я мало что знаю о жизни. (42)Но мне больше всего нравится, что в ней есть звери, большие и маленькие, что в ней есть звёзды, выпукло и сверкающе смотрящие на меня с ясного неба, что в ней есть деревья, прекрасные, как картины, и ещё многое и многое…
(По Ю.К. Олеше*)
* Юрий Карлович Олеша (1899–1960) – русский советский писатель, поэт и драматург, журналист, киносценарист.
В чём заключается чудо человеческой памяти и как воспоминания влияют на восприятие прожитой жизни? Над этим вопросом задумывается Юрий Карлович Олеша в предложенном для анализа тексте. Автор приглашает читателя поразмышлять о феномене памяти и о том, почему некоторые мгновения прошлого остаются с нами навсегда.
Раскрывая проблему, писатель обращает внимание на непредсказуемый характер наших воспоминаний. Он отмечает, что человек не властен над своей памятью: «Участие воли здесь исключено». Автор сравнивает процесс возникновения образов прошлого с работой таинственных инженеров, которые зажигают картины «позади нашего сознания». Этот пример показывает, что память — это автономная и загадочная стихия, способная воскрешать в сознании самые неожиданные детали, которые невозможно вызвать усилием воли.
Продолжая размышления, Ю.К. Олеша описывает конкретные фрагменты своего прошлого: шум моря под бортом яхты, огни вечерней Одессы, детские мечты о велосипеде. Несмотря на то что многие планы не осуществились из-за Первой мировой войны, воспоминания о них сохраняют свою яркость. Автор признаётся: «Я ещё люблю вспоминать». Эти слова подчёркивают, что процесс обращения к прошлому приносит человеку радость и позволяет заново прочувствовать красоту мира. Примеры дополняют друг друга, демонстрируя, что память не только неуправляема, но и является бесценным источником эстетического наслаждения и связи человека с его собственной историей.
Позиция автора ясна: воспоминания — это «чудесная вещь», обладающая собственной свободой и закономерностью, которую человеку не дано понять. Память позволяет сохранить чистоту детского восприятия и любовь к жизни, несмотря на все исторические потрясения и несбывшиеся надежды.
Я полностью согласен с мнением Ю.К. Олеши. Действительно, память — это не просто хранилище информации, а живой процесс, формирующий личность. Обращение к истокам помогает нам не терять себя. Вспомним автобиографическую повесть Ивана Шмелёва «Лето Господне». Главный герой, Ваня, спустя десятилетия с трепетом вспоминает православные праздники, быт и нравы старой Москвы. Эти светлые воспоминания о детстве, о наставлениях отца и Горкина стали для автора духовной опорой в трудные годы эмиграции. Как и для героя Олеши, для Шмелёва память оказалась сильнее времени и обстоятельств.
В заключение хочется сказать, что способность вспоминать — это великий дар. Именно благодаря памяти наша жизнь обретает целостность, а мимолётные мгновения счастья становятся вечными, продолжая согревать нас даже спустя многие годы.