Исходный текст
(1)Я открыл входную дверь, и в прихожей появился Авга Шулин в клетчатой кепке и в серой, похожей на телогрейку куртке, из которой он давно вырос. (2)На цыпочках, чтобы меньше следить, Авга прокрался в кухню и, дёрнув подбородком, вопросительно-тревожно уставился на меня.
(3)Почти полтора года жизни в городе ни капельки не изменили Авгу — та же кепка, та же куртка и та же простоватая физиономия. (4)Первое время я считал Шулина старательным деревенским тупицей и даже издевательски прозвал его графом. (5)Он не обиделся на кличку. (6)Он вообще ни на что не обижался. (7)Удивительный человек, он всё принимал с улыбкой, мол, сыпьте-сыпьте, я потом разберусь. (8)По закону Ньютона действие равно противодействию, и на него никто не обижался, а вернее, его просто не замечали. (9)Я лишь тогда обратил на Авгу внимание, когда он однажды на «графа» ответил мне с усмешкой: «Какой я граф — графин! (10)Кринка!* (11)В этом были и внезапная искренность, и смелость, и проблеск ума. (12)Не каждый отважится дать себе такую оценку. (13)Я стал с ним больше общаться, и скоро мне понравились и его простоватая физиономия, и забавные словечки, и наивные, но правильные, на мой взгляд, мысли, и точные замечания. (14)А в одиннадцатом мы сели за одну парту и подружились окончательно.
(15)Авга продолжал смотреть на меня вопрошающе, ожидая каких-то разъяснений. (16)Я понимал, что для него, который — тоже, кстати, удивительная штука! — трепетал перед учителями, у которого при виде директора подкашивались ноги, для него мой сегодняшний финт с демонстративным уходом с урока оказался неожиданным, потому что я не числился в анархистах.
(17)Шум был? — спросил я.
(18)Не было. (19)А чего ты взбрыкнул?
(20)Я из школы уйду!
(21)Хм!
(22)Вот тебе и «хм»! (23)Раздевайся! (24)Обедать будем!
(25)Шулин жил у тётки, жил впроголодь, боясь объесть её семью, как он сам однажды признался мне. (26)К большим праздникам ему приходили переводы и посылки с салом и сушёными грибами. (27)Дней пять после посылки Шулин отъедался, а потом опять подтягивал ремень, хотя со стороны родственников я ни разу не заметил ни косого взгляда, ни обидного намёка. (28)Скорее наоборот, они вздули бы Авгу, узнай об этом. (29)Я не сбивал друга с его чем-то и мне привлекательного принципа, но при любой возможности подкармливал Шулина.
(30)Уже сунув ложку в щи, Авга замер и опять поднял на меня полные недоумения глаза.
(31)Ты это серьёзно?
(32)Абсолютно.
(33)А что делать будешь? (34)Отцу на шею сядешь?
(35)Балда ты, граф! (36)Работать буду!
(37)Ага, в рабочие, значит, подашься! (38)Я в интеллигенты нацелился, а ты наоборот, как будто я тебя выдавливаю.
(39)Никто меня не выдавливает, — со вздохом сказал я. — (40)А, собственно, чем плох рабочий класс?
(41)Рабочий класс не плох, — отозвался Шулин. — (42)Но я не понимаю! (43)Мать у тебя врач, отец инженер. (44)Всё у вас есть. (45)Только учись, получай образование, а ты куда-то вбок... (46)У меня ничего нет, а я жму! (47)На меня и батя с кулаком кидался, кричал, что сено косить некому, и дядька сейчас пилит, мол, куда я, бестолочь, лезу. (48)А я лезу!.. (49)Нет, я не хвастаю, а рассуждаю!..
(50)Один мой дед был крестьянином, а второй всю жизнь работал на заводе.
(51)По дедам нечего судить. (52)Теперь надо судить по отцам, — возразил Шулин. — (53)А вообще-то сейчас и по отцам много не насудишь. (54)Возьми вон моего!.. (55)Нет, судить надо по себе! (56)Только по себе!..
—(57)Ну, во-первых, признаюсь, если уж на то пошло, я ещё ничего не решил, раз! (58)А во-вторых, именно та¬ких рассуждений я и жду от родителей!
(59)А разве они ещё не знают?
(60)Нет.
(61)Вот ты мечешься, а я жизнь свою уже до поло¬вины рассчитал! (62)Да-да! (63)Удрать из деревни — раз! (64)Удрал. (65)Закончить школу в городе — два!
(66)Заканчиваю! (67)Поступить на охотоведа или на геолога — три! (68)И поступлю — кровь из носа! (69)И выучусь! (70)Пусть тятьки и дядьки с колунами бегают и шумят — я вылезу!
(71)Молодец!
(72)А чего улыбаешься?
(73)Да так.
(74)Авге нравилось говорить, что он удрал из деревни. (75)Но ведь удрать — значит, от плохого и без оглядки, а Шулин, по-моему, спит и видит свою Черемшанку. (76)И чуть в разговоре коснёшься деревни, он вздрагивает, как стрелка компаса близ магнита. (77)Как-то мы ходили за его посылкой, так Авга раз пять подносил её к носу и принюхивался — родные запахи. (78)Так что едва ли это сладкое бегство.
(79)И я спросил:
А не зря литы удрал?
(80)Не зря. (81)Для меня попасть в институт — это всё равно что на Луну, — пояснил Шулин. — (82)Стартовать из деревни пороху не хватит, да и притяжение там здоровое. (83)А город как промежуточная станция: заправлюсь — и дальше. (84)Вот я и заправляюсь сейчас. (85)Нет, расчёт верный!
(86)Ну, Циолковский!
(87)Только так!
(88)А ведь и у меня кое-какие расчёты своего будущего есть, — скромно проговорил я.
(89)Да уж поди! (90)Голова-то у тебя — ого-го! — важно согласился Шулин. — (91)А ты взбрыкиваешь!.. (92)Вот это мне и непонятно.
(По Г.П. Михасенко)
Что такое истинная целеустремлённость и как она проявляется в человеческом характере? Именно над этим вопросом задумывается Г.П. Михасенко в предложенном для анализа тексте, поднимая проблему формирования жизненного пути и настойчивости в достижении целей.
Раскрывая тему, автор знакомит нас с Авгой Шулиным — юношей из деревни, который приехал в город за образованием. Несмотря на свою «простоватую физиономию» и поношенную одежду, герой обладает удивительной внутренней силой. Автор обращает внимание на то, как Авга относится к трудностям: он живет впроголодь, чтобы не обременять родственников, и стойко переносит насмешки. Этот пример показывает, что внешняя скромность часто скрывает под собой твердый характер и готовность к лишениям ради будущего.
Продолжая рассуждение, Г.П. Михасенко описывает разговор Авги с рассказчиком, в котором герой раскрывает свои жизненные планы. Шулин сравнивает поступление в институт с полетом на Луну и признается, что город для него — это «промежуточная станция» для накопления сил. Несмотря на протесты отца и дяди, которые хотели видеть его в деревне на сенокосе, Авга твердо заявляет: «И поступлю — кровь из носа! И выучусь!». Это свидетельствует о его осознанном выборе и нежелании пасовать перед обстоятельствами.
Приведенные примеры связаны между собой по принципу дополнения. Если первый эпизод характеризует бытовую стойкость героя, то второй раскрывает его идейную убежденность и масштаб целей. Вместе они создают портрет человека, который сам строит свою судьбу, несмотря на социальные преграды.
Позиция автора ясна: Г.П. Михасенко с симпатией относится к Шулину, подчеркивая, что истинный успех зависит не от происхождения или достатка, а от личного выбора, ума и воли. Автор убежден, что судить о человеке нужно «по нему самому», по его способности идти к мечте, невзирая на трудности.
Я полностью согласен с мнением автора. Действительно, целеустремленность — это тот внутренний стержень, который позволяет человеку преодолеть любое «земное притяжение» обстоятельств. В русской литературе немало примеров таких героев. Вспомним Ломоносова из очерков о его жизни или даже Андрея Штольца из романа И.А. Гончарова «Обломов». Штольц, не имея знатного происхождения и огромного богатства, благодаря труду, упорству и четкому расчету своей жизни сумел стать успешным и уважаемым человеком. Его пример, как и пример Авги Шулина, доказывает, что воля и ясная цель — главные инструменты в создании собственной судьбы.
В заключение хочется сказать, что история Авги Шулина учит нас не бояться трудностей и верить в свои силы. Только тот, кто готов «заправляться» знаниями и трудом, сможет достичь своих вершин.