Исходный текст
(1)С перебитой ногой я лежал у окна санитарного поезда спиной к движению. (2)Уходящая местность открывалась передо мной, и поэтому я увидел эти три танка, когда мы уже прошли мимо них. (3)Открыв люки, танкисты смотрели на нас. (4)Они были без шлемов, и мы приняли их за своих. (5)Потом люки закрылись, и это была последняя минута, когда ещё невозможно было предположить, что по санитарному эшелону, в котором находилось, вероятно, не меньше тысячи раненых, другие, здоровые люди могут стрелять из пушек.
(6)Но именно это и произошло.
(7)С железным скрежетом сдвинулись вагоны, меня подбросило, и я невольно застонал, навалившись на раненую ногу. (8)Мне видно было через окно, как первые раненые, выскочив из теплушек, бежали и падали, потому что танки стреляли по ним шрапнелью.
(9)Кое-как я сполз с койки, и толпа раненых вынесла меня на площадку. (10)Я лёг под вагон, беспомощный, томящийся от бешенства и боли. (11)Кто-то крепко взял меня за руку. (12)Это была санитарка.
– (13)Я никуда не пойду! – сказал я. – (14)Оставьте меня! (15)У меня есть пистолет, и живым они меня не получат.
(16)Но две санитарки схватили меня, и мы втроём скатились под насыпь. (17)Ромашов мелькнул где-то впереди в эту минуту.
(18)Кое-как перебравшись через болото, мы залегли в маленькой осиновой роще: девушки, я, Ромашов и два легко раненных бойца, присоединившихся к нам по дороге. (19)Я послал этих бойцов в разведку, и, вернувшись, они доложили, что на разных направлениях стоят немцы.
– (20)Уйти, конечно, можно, но, поскольку капитан не может самостоятельно двигаться, лучше воспользоваться дрезиной.
(21)Дрезину они нашли под насыпью у разъезда. (22)Бойцы и санитарки ушли, чтобы поднять её и поставить на рельсы.
(23)Мы с Ромашовым остались одни в маленькой мокрой берёзовой роще. (24)Мне трудно рассказать о том, каким был этот день. (25)Мы ждали и ждали без конца.
(26)Уходя, санитарка сунула мне под голову свой заплечный мешок. (27)Очевидно, в мешке были сухари: что-то хрустнуло, когда я кулаком подбил мешок повыше. (28)Ромашов стал ныть, что он умирает от голода, но я прикрикнул на него, и он замолчал.
– (29)Они не вернутся, – нервно сказал он. – (30)Они бросили нас.
(31)Вероятно, у меня было плохое настроение, потому что я вытащил пистолет и сказал Ромашову, что убью его, если он не перестанет ныть. (32)Он замолчал и, кажется, с трудом удержался, чтобы не заплакать.
(33)Плохо было дело! (34)Уже первые сумерки крадучись стали пробираться в рощу, а девушки не возвращались. (35)Разумеется, я и мысли не допускал, что они могли уехать на дрезине без нас, как это подло предполагал Ромашов. (36)Пока лучше было не думать, что они не вернутся.
(37)Лёжа на спине, я незаметно уснул. (38)Когда я открыл глаза, туман лениво бродил между деревьями. (39)Ромашов сидел поодаль в прежней сонно-равнодушной позе. (40)Всё, кажется, было, как прежде, но всё уже было совершенно другим.
(41)Он посмотрел на меня искоса, очень быстро, и я сразу понял, почему мне так неудобно лежать. (42)Он вытащил из-под моей головы мешок с сухарями. (43)Кроме того, он вытащил флягу с водой и пистолет.
(44)Кровь бросилась мне в лицо. (45)Он вытащил пистолет!
– (46)Сейчас же верни оружие, болван! – сказал я спокойно.
– (47)Ты всё равно умрёшь, – сказал он торопливо. – (48)Тебе не нужно оружие.
– (49)Верни пистолет, если не хочешь попасть под полевой суд. (50)Понятно?
(51)Он стал коротко, быстро дышать:
– Какой там полевой суд! (52)Мы одни, и никто ничего не узнает.
(53)Он уложил мешки и пошёл по направлению к болоту, и через пять минут среди далёких осин мелькала его сутулая фигура.
(54)Оставить меня одного, голодного и безоружного, тяжело раненного в лесу, в двух шагах от расположения немецкого десанта… (55)Он ушёл, что было равносильно убийству, а может быть, даже и хуже.
(По В.А. Каверину*)
* Вениамин Александрович Каверин (1902–1989) – русский советский писатель, драматург и сценарист.
В чём проявляется истинная низость человеческой души в тяжёлых жизненных обстоятельствах? Именно над этим вопросом задумывается Вениамин Александрович Каверин в предложенном для анализа тексте. Автор поднимает проблему предательства и нравственного падения человека в условиях войны.
Раскрывая проблему, автор знакомит нас с поведением Ромашова в критической ситуации. Когда герои оказались в окружении, Ромашов начал проявлять малодушие, утверждая, что санитарки их бросили: «Они не вернутся... Они бросили нас». Эти слова демонстрируют его внутреннюю готовность к недоверию и эгоизму. В то время как раненый капитан сохранял веру в товарищей, Ромашов уже тогда поддался страху, который стал отправной точкой его моральной деградации.
Далее В.А. Каверин описывает кульминационный момент предательства. Пока рассказчик спал, Ромашов забрал у него самое необходимое: мешок с сухарями, флягу с водой и, что самое страшное, пистолет — единственное средство защиты. На требование вернуть оружие Ромашов цинично ответил: «Ты всё равно умрёшь... Тебе не нужно оружие». Этот поступок показывает предельный эгоизм героя, который ради собственного спасения готов обречь товарища на верную смерть. Оставить беспомощного человека одного в лесу рядом с врагом — это акт бесчеловечности, который автор справедливо приравнивает к убийству.
Примеры противопоставлены друг другу: если в первом случае мы видим лишь зарождающуюся трусость и неверие в людей, то во втором — окончательное превращение человека в подлеца. Это противопоставление позволяет увидеть, как страх за собственную жизнь вытесняет в человеке остатки чести и сострадания.
Позиция автора ясна: предательство товарища в беде — это самое тяжкое преступление против человечности. Вениамин Каверин убеждён, что физическое бегство Ромашова является его духовной смертью, так как он совершил поступок, «равносильный убийству».
Я полностью согласен с позицией автора. Нет оправдания человеку, который бросает раненого друга ради спасения собственной шкуры. В русской литературе тема верности и предательства поднимается часто. Вспомним повесть В. Быкова «Сотников». Герой Рыбак, оказавшись в плену, из страха перед смертью соглашается стать полицаем и собственноручно казнит своего товарища Сотникова. Как и Ромашов, Рыбак выбирает жизнь ценой предательства, но эта жизнь лишена чести и человеческого достоинства.
В заключение хочется сказать, что война — это суровое испытание, которое срывает маски. Истинная сущность человека проявляется не в словах, а в способности оставаться человеком даже перед лицом смертельной опасности.