Исходный текст
(1)Встреча произошла неожиданно. (2)Два немца, мирно разговаривая, вышли на Плужникова из-за уцелевшей стены. (З)Карабины висели за плечами, но даже если бы они держали их в руках, Плужников и тогда успел бы выстрелить первым. (4)Он уже выработал в себе молниеносную реакцию, и только она до сих пор спасала его.
(5)А второго немца спасла случайность, которая могла стоить Плужникову жизни. (6)Его автомат выпустил короткую очередь, первый немец рухнул на кирпичи, а патрон перекосило при подаче. (7)Пока Плужников судорожно дёргал затвор, второй немец мог бы давно прикончить его или убежать, но вместо этого он упал на колени. (8)И покорно ждал, пока Плужников вышибет застрявший патрон.
— (9)Комм, — сказал Плужников, указав автоматом, куда следовало идти.
(10)Они перебежали через двор, пробрались в подземелья, и немец первым влез в тускло освещённый каземат. (11)И здесь вдруг остановился, увидев девушку у длинного дощатого стола.
(12)Немец заговорил громким плачущим голосом, захлёбываясь и глотая слова. (13)Протягивая вперёд дрожавшие руки, показывая ладони то Мирре, то Плужникову.
— (14)Ничего не понимаю, — растерянно сказал Плужников. — (15)Тарахтит.
— (16)Рабочий он, — сообразила Мирра, — видишь, руки показывает?
— (17)Дела, — озадаченно протянул Плужников. — (18)Может, он наших пленных охраняет?
(19)Мирра перевела вопрос. (20)Немец слушал, часто кивая, и разразился длинной тирадой, как только она замолчала.
— (21)Пленных охраняют другие, — не очень уверенно переводила девушка. — (22)Им приказано охранять входы и выходы из крепости. (23)Они — караульная команда. (24)Он — настоящий немец, а крепость штурмовали австрияки из сорок пятой дивизии, земляки самого фюрера. (25)А он — рабочий, мобилизован в апреле...
(26)Немец опять что-то затараторил, замахал руками. (27)Потом вдруг торжественно погрозил пальцем Мирре и неторопливо, важно достал из кармана чёрный пакет, склеенный из автомобильной резины. (28)Вытащил из пакета четыре фотографии и положил на стол.
— (29)Дети, — вздохнула Мирра. — (30)Детишек своих кажет.
(31)Плужников поднялся, взял автомат:
— Комм!
(32)Немец, пошатываясь, постоял у стола и медленно пошёл к лазу.
(33)Они оба знали, что им предстоит. (34)Немец брёл, тяжело волоча ноги, трясущимися руками все обирая и обирая полы мятого мундира. (35)Спина его вдруг начала потеть, по мундиру поползло тёмное пятно.
(36)А Плужникову предстояло убить его. (37)Вывести наверх и в упор шарахнуть из автомата в эту вдруг вспотевшую сутулую спину. (38)Спину, которая прикрывала троих детей. (39)Конечно же, этот немец не хотел воевать, конечно же, не своей охотой забрёл он в эти страшные развалины, пропахшие дымом, копотью и человеческой гнилью. (40)Конечно, нет. (41)Плужников всё это понимал и, понимая, беспощадно гнал вперёд.
— (42)Шнель! (43)Шнель!
(44)Немец сделал шаг, ноги его подломились, и он упал на колени. (45)Плужников ткнул его дулом автомата, немец мягко перевалился на бок и, скорчившись, замер...
(46)Мирра стояла в подземелье, смотрела на уже невидимую в темноте дыру и с ужасом ждала выстрела. (47)А выстрелов всё не было и не было...
(48)В дыре зашуршало, и сверху спрыгнул Плужников и сразу почувствовал, что она стоит рядом.
— (49)3наешь, оказывается, я не могу выстрелить в человека.
(50)Прохладные руки нащупали его голову, притянули к себе. (51)Щекой он ощутил её щеку: она была мокрой от слёз.
— (52)Я боялась. (53)Боялась, что ты застрелишь этого старика. — (54)Она вдруг крепко обняла его, несколько раз торопливо поцеловала. — (55)Спасибо тебе, спасибо, спасибо. (56)Ты ведь для меня это сделал?
(57)Он хотел сказать, что действительно сделал это для неё, но не сказал, потому что он не застрелил этого немца всё-таки для себя. (58)Для своей совести, которая хотела остаться чистой. (59)Несмотря ни на что.
(По Б. Л. Васильеву)
* Борис Львович Васильев (1924–2013) – выдающийся русский писатель и сценарист, лауреат Государственной премии СССР.
Можно ли остаться человеком в нечеловеческих условиях войны? Способен ли солдат сохранить милосердие к врагу, если тот является представителем армии захватчиков? Именно проблему сохранения человечности и голоса совести на войне поднимает в своем тексте Борис Львович Васильев.
Автор знакомит нас с лейтенантом Плужниковым, который берет в плен немецкого солдата. В каземате выясняется, что пленный — не профессиональный убийца, а обычный рабочий, мобилизованный против воли, отец троих детей. Васильев акцентирует внимание на деталях: «дрожавшие руки», «фотографии детишек», «вспотевшая сутулая спина». Эти подробности подчеркивают, что перед героем не абстрактный враг, а живой человек, такой же заложник обстоятельств, как и многие другие. Плужников видит в нем не только «цель», но и личность со своей судьбой.
Далее писатель описывает внутреннюю борьбу героя, когда тот выводит немца на расстрел. Плужников понимает, что этот старик не хотел воевать, и чувствует тяжесть предстоящего убийства. В финале эпизода лейтенант возвращается, так и не совершив казни. Он признается Мирре: «...я не могу выстрелить в человека». Этот поступок свидетельствует о том, что нравственное чувство героя оказалось сильнее законов военного времени. Примеры противопоставлены друг другу: с одной стороны, долг солдата велит уничтожить врага, а с другой — совесть запрещает убивать безоружного и беззащитного человека.
Позиция автора ясна: даже в условиях жесточайшего противостояния важно не утратить способность к состраданию. Б. Л. Васильев убежден, что сохранение «чистой совести» и человеческого достоинства важнее механического выполнения приказов, ведь именно это отличает человека от зверя.
Я полностью согласен с позицией автора. Война — это испытание не только физической силы, но и нравственной стойкости. Умение пощадить слабого — это проявление истинной силы духа. В русской литературе эта тема звучит неоднократно. Например, в романе-эпопее Л. Н. Толстого «Война и мир» Петя Ростов перед своим первым и последним боем проявляет доброту к пленному французскому мальчику-барабанщику Винсенту. Несмотря на то что идет война, Петя видит в нем прежде всего голодного и напуганного ребенка, угощает его и заботится о нем. Это доказывает, что истинно русская душа не знает мелкой злобы к побежденному врагу.
В заключение хочется сказать, что чистота совести — это тот внутренний ориентир, который помогает человеку оставаться собой в самые темные времена. Поступок Плужникова — это победа человечности над ненавистью.